Российская государственная библиотека
ПерсоналииИстория библиотекиИстория комплекса зданийЖемчужины ЛенинкиФотогалерея

ПРОШЛОЕ / Жемчужины Ленинки / Сивиллы

Сивиллы


Сивиллами в древней Греции назывались странствующие пророчицы,
которые, подобно гомеровским гадателям, предлагали всякому
желающему угадывать будущее и предсказывать судьбу.

Энциклопедический словарь Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона

Вещий голос

 
Богдан Салтанов. Кумейская сивилла, «Книга о сивиллах,
колика быша к киим имяны и о предречениих их», 1673

Сивилла: выжжена, Сивилла: ствол.
Все птицы вымерли, но Бог вошел...

...Сивилла: вещая! Сивилла: свод!
Так Благовещенье свершилось в тот
Час нестареющий, т
ак в седость трав
Бренная девственность, пещерой став
Дивному голосу...

Это Марина Цветаева. Написано 5 августа 1922 года. Бальмонт и Брюсов тоже обращались в своем творчестве к древнегреческим вещуньям. Однако лишь Цветаевой, самой обладавшей скорбным даром предугадывать трагическое, удалось найти столь мощные образы. «Я знаю это мимовольное наколдовывание (почти всегда — бед!) Но слава богам — себе!.. Не себя боюсь, я своих стихов боюсь», — признавалась она. В ее стихотворении ощутима перекличка с «Метаморфозами» Овидия, где автор вкладывает в уста одной из сивилл вдохновенное: «Мои жилы иссякнут, мои кости высохнут, но голос, голос — оставит мне судьба».

У Вергилия в «Энеиде» герой отправляется в город ста пещер и спрашивает обитающую там сивиллу, что ждет его в будущем. Ее ответы стократно повторяет пещерное эхо. А она сама:

...в лице изменялась, бледнея,
Волосы будто бы вихрь разметал, и грудь задышала
Чаще, и в сердце вошло исступленье; выше, казалось,
Стала она, и голос не так зазвенел, как у смертных,
Только лишь бог на нее дохнул, приближаясь.
(Пер.
С. Ошерова)

О том же, правда, в прозаической форме повествуют Брокгауз и Ефрон: «Сивилла, к которой обращались за предсказанием, ждала, пока на нее находило исступление, и в истерии, с искаженными чертами лица, пеной у рта и конвульсивными трепетаниями тела, изрекала оракулы, как бы "стараясь вытеснить из груди великого бога"».


Ян ван Эйк. Эритрейская
и Кумская сивиллы, 1432


Михаэль Вольгемут, Вильгельм
Плейденвурф. Тибуртинская
сивилла, 1493

Пьетро Перуджино.
Всемогущий с пророками
и сивиллами, 1500


Андреа дель Кастаньо.
Кумская сивилла, 1450


При дворе Тишайшего

В отечественной литературе сивиллы фундаментально представлены в переводной «Книге о сивиллах, колика быша к киим имяны и о предречениих их» из личного собрания основателя Российской государственной библиотеки графа Николая Румянцева. Ныне раритет хранится в научно-исследовательском отделе рукописей РГБ.

Книга, над которой работала, выражаясь современным языком, команда профессионалов, появилась в 1673 году. Текст был подготовлен в Посольском приказе, которым руководил окольничий Артамон Матвеев. Он самолично преподнес книгу Тишайшему, как прозвали царя Алексея Михайловича за кротость и богобоязненный нрав. Автор перевода — Николай Спафарий-Милеску, переписчик — Иван Верещагин. Художник, изобразивший двенадцати сивилл, — Богдан Салтанов.


Богдан Салтанов. Сивилла Тибуртия, «Книга о сивиллах,
колика быша к киим имяны и о предречениих их», 1673

 

Главную роль в создании этой рукописной книги, вне сомнения, сыграл выдающийся деятель своего времени Артамон Сергеевич Матвеев (16251682). Именно он предложил перевести повествование о сивиллах (к сожалению, первоисточник нам не известен), а затем внимательно следил за процессом работы. Этот русский боярин ратовал за сближение с Западом и даже свой дом обставил по-европейски. Главную ценность в его жилище представляли книги по разным отраслям знания. Большое внимание Артамон Сергеевич оказывал и библиотеке учреждения, которым руководил. В частности, настоял на описи ее фонда. Жизнь сложилась трагически. После кончины Алексея Михайловича был объявлен чернокнижником и сослан в Сибирь. При любой оказии он отправлял новому царю послания, боролся за свое доброе имя. В итоге все же вернулся в Москву, где погиб во время стрелецкого бунта.

Вторая ключевая фигура — молдавский боярин Николай Спафарий-Милеску (16251709), знавший девять языков. Матвеев охотно предоставил ему место переводчика в Посольском приказе. Труд прекрасно оплачивался. По мнению историков, иноземец-полиглот «умел просить и получать». Дослужился до чина русского посланника в Китае. Смена власти больно ударила по нему. Как и его начальник, оказался в опале. Но явно поднаторел в житейских бурях: избежал заключения и даже обзавелся новыми должностями. Впрочем, то был лишь слабый отголосок былых успехов.

За иллюстративную часть отвечал армянин родом из Персии Богдан Салтанов, в течение многих лет являвшийся главным мастером Оружейной палаты. Он первым в русской художественной практике использовал живопись «по тафтам» — «иконы-картины, частью писаные, частью составленные из разноцветных шелков». Не обходилось и без напористой саморекламы. К примеру, Салтанов убедил царя, что варит «олифу самую добрую», хотя другие художники втихомолку обижались: у них получалось не хуже. Даты его жизни точно неизвестны. В некоторых источниках, относящихся к 1703 году, его жена именуется вдовой.

Кое-какие сведения сохранились и о переписчике Иване Верещагине. Ежедневно ему надлежало переписывать на александрийской бумаге два листа текста. Впечатление, что ему, бедолаге, приходилось тяжелее всех. Работал ежедневно, «окромя воскресных дней и великих праздников». До наших дней дошел крик его души, адресованный царю: «Книгу пишу я, холоп твой, беспрестанно, а поденного корму мне твоего, великий государь, жалование за мою работишку еще ничего не указано». Увы, на обороте бумаги значится недружелюбная резолюция: «Писать без лености, с прилежанием». Но все-таки по два алтына в день ему назначили...


Микеланджело. Эритрейская
сивилла, 1508—1512

Микеланджело. Дельфийская
сивилла, 1508—1512

Микеланджело. Ливийская
сивилла,1508—1512

Микеланджело. Кумская
сивилла, 1508—1512


Пантеон небожительниц

Сивиллы, написанные маслом на ткани, запечатлены Богданом Салтановым в стиле европейского барокко (холст, масло, золото). Их изображения вклеены в книгу на отдельных листах.

Самая известная из них — Кумская. Ей приписывалась женская власть над любвеобильным Аполлоном. Вещунья попросила у него столько лет жизни, сколько песчинок на взморье. Но забыла оговорить одно условие — всегда оставаться юной и прекрасной. Вконец одряхлев, возненавидела жизнь и умоляла даровать ей вечный покой. Миф утверждает, что прожила она семьсот лет.

 
Богдан Салтанов. Химерийская сивилла, «Книга о сивиллах,
колика быша к киим имяны и о предречениих их», 1673

Кстати, в «Книгу о сивиллах...» он не вошел. А вот такой достопамятный эпизод присутствует: к римскому правителю Тарквинию пришла «неизвестная старица из италийских Кум», предложила купить у нее девять пророческих книг и озвучила неслыханно высокую цену. В ответ на категорический отказ разгневалась и тут же сожгла шесть книг. За оставшиеся три ей незамедлительно заплатили столько, сколько просила с самого начала. Приобретенное сокровище спрятали в подземелье Капитолийской горы. С тех пор туда допускались лишь жрецы-толкователи...

Персидская сивилла «ходила в золотых одеждах, вида была моложавого, весьма хороша красотою». За 1248 лет до Рождества Христова свидетельствовала о богочеловеке. Из дел земных: обозначила линию жизни великого Александра Македонского. Изрекала истины в таком темпе, что скорописцы не успевали за нею.

Сивилла Ливийская, представлявшая Африку, «была среднего роста и весьма черная, и всегда носила в руках масличную ветвь». Она торжественно обещала человечеству, что придет день света и разгонит всю тьму. Дельфийская не расставалась с лавровой ветвью: «Голову имела оплетенной волосами своими. Вид лица ее был моложавый». Предрекла гибель Трои и создание полного вымыслов гомеровского эпоса.

Кимрская сивилла отмерила миру срок жизни в 6000 лет. Эта пророчица постоянно обращалась к образу Богоматери: «Мы же все почитать ее будем. Царя в руках иметь будет, которому три правоверных царя принесут дары». Эритрея, по одним данным, носила в руках агнца, по другим — «обожженный меч и круглое яблоко, красивое, как звезды». Самосская сивилла ходила в разноцветной одежде, «нося в руках книгу и терновый венец, потому что предсказывала о страданиях Христа».

Фригийская сивилла «вида была старческого» и всегда имела при себе обнаженный меч. Это та самая Кассандра, чьи слова сбывались, но вначале им никто не верил. Молодая красавица Тивуртия, нарисованная с финиковой ветвью, при встрече с императором Августом предрекла рождение Иисуса Христа Пречистой Девой Марией. Египетская сивилла, предпочитавшая красные одеяния (в них художник ее и нарисовал), предсказала сожжение храма Изиды. Европия предстает в златотканом наряде. «Не стану молчать, но объявлю замысел Отца», — провозглашала ясновидящая после того, как ее посетило зрелище пленения турками Царьграда. Европейская сивилла пользовалась в России особым расположением. Неслучайно именно ее скульптура установлена в Летнем саду.

Примечательно, что художник Салтанов на ремарки вроде «вида была старческого» внимания не обращал и всех героинь показал во цвете лет. А вот великий Микеланджело, расписавший Сикстинскую капеллу, Кумскую и Персидскую сивилл представил суровыми, но немощными старухами. Уже и зрение им отказало: близоруко всматриваясь в тексты оракул, они словно прячут от зрителя свою растерянность...


Диего Веласкес.
Сивилла, ок. 1632


Доссо Досси.
Сивилла, 1525

Людгер Том Ринг-старший.
Дельфийская сивилла, ок. 1538

Доменикино.
Кумская сивилла, 1617

 

Между античностью и христианством


 

Естественный вопрос: чем обусловлено появление книги об античных язычницах в стране с глубоко православным сознанием? Тем, что по большому счету русское общество было подготовлено к ее восприятию. Ведь еще на рубеже XVXVI столетий оно стало чуть более открытым миру, чуть более светским. Напомним, своим появлением «Книга о сивиллах, колика быша к киим имяны и о предречениих их» обязана уже упоминавшемуся здесь «западнику» Матвееву — человеку, которому были близки идеи грядущего века Просвещения. Кстати, в его личной библиотеке имелось немало книг античных философов и поэтов.

Сивиллы как раз и стали одним из связующих звеньев греко-римского мира и христианской эпохи. Согласно преданию, они укоряли людей за многобожие — основу язычества и предсказывали приход Искупителя. Их изречения пронизаны апокалиптическими мотивами, что в концентрированном виде нашло отражение в «Откровении Иоанна Богослова». Они ассоциировались с библейскими пророками. Недаром на фресках Микеланджело это фигуры одного ряда. Их изображения симметрично расположены в Сикстинской капелле по обе стороны библейских сцен: Дельфийская сивилла и Иоиль, Кумская и Иезекииль, Персидская и Даниил, Эритрейская и Исайя, Ливийская сивилла и Иеремия.

Словом, персонами нон грата христианство этих провидиц не считало. Однако сколько-нибудь серьезного влияния на духовную жизнь России они не оказали. И экзотическая для читателя XVII века книга вызывала у него естественное любопытство, но не более того.

 

 

Слева: Малоизвестная православная икона «Сивилла Тибуртина пророчествует императору Августу о рождении Христа» (фрагмент), Каргополье

 


Сивиллы Дельфика и Агриппа,
мастерская А. Казанцева, 1715


Сивиллы Фригия и Либика,
мастерская А. Казанцева, 1715


Сивиллы Демофила и Елиспонтика,
мастерская А. Казанцева, 1715


Сивиллы Персика и Тибуртина,
мастерская А. Казанцева, 1715




© 1999-2011 Российская государственная библиотека
Российская государственная библиотека

на первую страницу карта сайта обратная связь Прошлое... ... Настоящее ... ...Будущее